Вот и узнаешь, как было легко
Всем, кто летали со мною! (c)

«... но мы летим на свет летим как будто мы сгореть хотим ...»

Friday, September 30, 2011




сегодня я умру
и что с того
ведь ты
не потеряешь никого
ведь я никто
я для тебя никто
не муж
не друг
не враг
не конь в пальто
ведь я никто
я ноль
я пустота
а ты любовь
вселенная
мечта
ты целый мир
ты жизнь
ты тьма и свет
в тебе есть всё
меня лишь только нет

сегодня я умру
и что с того
ведь ты
не потеряешь ничего
ты будешь
вольным воздухом дышать
ты будешь
с первым лучиком вставать
котёнка своего кормить с руки
придумывать красивые стихи
гулять по саду
слушать соловья
и ничего не знать
о том что я

сегодня я умру
и что с того
ведь я
не потеряю ничего
я буду воздухом
которым дышишь ты
я буду первым
лучиком звезды
котёнком буду
на твоих руках
и каждою строкой
в твоих стихах
вишнёвым садом
песней соловья
я буду всем на свете
для тебя

я буду

( А. К. )




 Сегодня наткнулась на ... некие строчки, которые  душу перевернули.
 Кто автор? Неважно.
Бооже, как грустно ...
 И захотелось послушать одну из самых любимых песен/баллад.
 И живопись к ней сразу же ассоциировалась.
 Захотелось страстей и красоты немыслимой.
(об авторе живописи - ниже, в конце темы)

Céline Dion. Селин Дион. 



«Céline Marie Claudette Dion, CC, OQ, (French pronunciation: [selin djɔ̃] ; born March 30, 1968), is a Canadian singer»
 
«Сели́н Мари́ Клоде́тт Дио́н (фр. Céline Marie Claudette Dion) — канадская певица»





«"It's All Coming Back to Me Now" is a power ballad, written by Jim Steinman. According to Steinman the song was inspired by Wuthering Heights, and was an attempt to write "the most passionate, romantic song" he could ever create. The Sunday Times posits that "Steinman protects his songs as if they were his children". Meat Loaf had wanted to record "It's All Coming Back..." for years, but Steinman saw it as a "woman's song." Steinman won a court movement preventing his Bat Out of Hell vocalist from recording it. Céline Dion went on to record it, which upset Meat Loaf because he was going to use it for a planned album with the working title Bat out of Hell III.[4] Alternately, Meat Loaf has said the song was intended for Bat out of Hell II and given to the singer in 1986, but that they both decided to use "I'd Do Anything for Love (But I Won't Do That)" for Bat II, and save this song for Bat III.

The song has had three major releases, all roughly belonging to the soft rock genre. The first version appeared on the concept album Original Sin, recorded by Pandora's Box. It was then recorded by Céline Dion for her album Falling into You, and her version was a commercial hit, reaching No. 2 in the U.S. Billboard Hot 100 and No. 3 in the UK Singles Chart. Meat Loaf recorded it as a duet with Norwegian singer Marion Raven for Bat III and released it as a single in 2006.»




Слушаем? 
Грустим? 
Любуемся?

«It's All Coming Back To Me Now» / « Всё это возвращается ко мне сейчас»

Written by Jim Steinman.
 Céline  Dion.



Там, где нет ничтожеств и величеств,
Там, где нет падений и побед,
Там, где нет ни качеств ни количеств,
Там, где тёплый и спокойный свет.

Там, где нет преград и расстояний,
Там, где нет ненужных лживых слов,
Там, где нет утрат и расставаний.
Там, где только тихая любовь.

Там, где нет расчёта и расклада,
Там, где нет награды и хлыста,
Там, где нет вчера, сегодня, завтра,
Там, где всё сейчас и навсегда.

Там, где ветер пламя не задует,
Там, где время не порвёт струны,
Там, где «я» и «ты» не существует,
Там, где

МЫ

( А. К. )




There were nights when the wind was so cold
That my body froze in bed
If I just listened to it
Right outside the window



Бывали ночи, когда ветер был таким холодным,
Что мое тело замерзало в постели,
Даже если я просто прислушивалась,
Как он воет за окном.



There were days when the sun was so cruel
That all the tear turned to dust
And I just knew my eyes were
Drying up forever



Бывали дни, когда солнце было настолько беспощадным,
Что мои слезы превращались в пыль.
И я знала, что мои слезы
Высохли навсегда.



I finished crying in the instant that you left
But I can't remember where or when or how
And I banished every memory you and I had ever made!



Я перестала плакать в тот момент, когда ты ушел,
И я не могу вспомнить, куда, когда и как,
И я стираю из памяти все наши воспоминания…



But when you touch me like this
And you hold me like that
I just have to admit
That it's all coming back to me
When I touch you like this
And I hold you like that
It's so hard to believe but
It's all coming back to me
It's all coming back
It's all coming back to me now


 
Но когда ты прикасаешься ко мне так,
И когда обнимаешь меня так,
Мне приходиться признать,
Что все это возвращается ко мне.
Когда я касаюсь тебя так,
Когда так тебя обнимаю,
Трудно поверить, но…
Все это возвращается ко мне сейчас,
Все это возвращается, все это возвращается ко мне сейчас.




There were moments of gold
And there were flashes of light
There were things I'd never do again
But then they always seemed right
There were nights of sacred pleasure
It was more than any laws allow!
Baby, baby



Были золотые моменты
И вспышки света,
Были поступки, которых я никогда не совершу снова,
Но которые позже всегда казались правильными,
Были ночи бесконечного удовольствия,
Это было больше, чем дозволено законом.
Детка, детка…



If I kiss you like this
And if you whisper like that
It was lost long ago
But it's all coming back to me
If you want me like this
And if you need me like that
It was dead long ago
But it's all coming back to me
It's so hard to resist
And it's all coming back to me
I can barely recall
But it's all coming back to me now



Когда я целую тебя вот так
И когда шепчу вот так,
Это было так давно
Но все это возвращается ко мне сейчас.
Когда ты хочешь меня так,
И когда я так тебе нужна,
Это все умерло давно,
Но все это возвращается ко мне сейчас.
Так трудно этому сопротивляться
И все это возвращается ко мне
Я просто вспоминаю
Но все это возвращается ко мне сейчас.
Но все это возвращается…




There were those empty threats and hollow lies
And whenever you tried to hurt me
I just hurt you even worse
And so much deeper



Были все эти пустые угрозы и ложь,
И когда ты пытался сделать мне больно,
Я делала тебе еще больнее
И ранила глубже.



There were hours that just went on for days
When alone at last, we'd count up all the chances
That were lost to us
Forever



Бывали часы, которые тянулись как дни,
Когда мы поодиночке подсчитывали шансы,
Которые потеряны для нас навсегда.



But you were history with the slamming of the door
And I made myself so strong again somehow
And I never wasted any of my time on you since then!



Ты часто хлопал дверью,
Но я как-то заставляла себя снова быть сильной,
И с тех пор я больше не тратила свое время на тебя…



But if I touch you like this
And if you kiss me like that
It was so long ago
But it's all coming back to me
If you touch me like this
And if I kiss you like that
It was gone with the wind
But it's all coming back to me
It's all coming back
It's all coming back to me now



Но когда я прикасаюсь к тебе так,
Когда ты целуешь меня вот так,
Это было так давно,
Но все это возвращается ко мне.
Когда ты касаешься меня так,
Когда вот так тебя целую,
Это все унес ветер,
Но все это возвращается ко мне.
Все это возвращается, все это возвращается ко мне сейчас.



There were moments of gold
There were flashes of light
There were things we'd never do again
But then they always seemed right
There were nights of endless pleasure
It was more than all your laws allow!
Baby, baby, baby


Были золотые моменты,
И вспышки света,
Были поступки, которых я никогда не совершу снова,
Но которые позже всегда казались правильными,
Были ночи бесконечного удовольствия,
Это было больше, чем дозволено законом.
Детка, детка, детка…



When you touch me like this
And when you hold me like that
It was gone with the wind
But it's all coming back to me
When you see me like this
Then we see what we want to see
All coming back to me
The flesh and the fantasies
All coming back to me
I can barely recall
But it's all coming back to me now!


Но когда ты прикасаешься ко мне так,
И когда обнимаешь меня так
Это все унес ветер,
Но все это возвращается ко мне
Когда видишь меня такой
И когда я вижу тебя таким
Тогда мы видим то, что хотим видеть
Все возвращается ко мне
Плотские фантазии,
Все возвращается ко мне
Я просто вспоминаю,
Но все это возвращается ко мне сейчас.




If you forgive me of this
If I forgive you of that
We forgive and forget
And it's all coming back to me
When you see me like this
And when I see you like that
We see just what we want to see
All coming back to meThe flesh and the fantasies
All coming back to me
I can barely recall but it's all coming back to me now...



Если я прощу тебя за все,
Если ты простишь меня за все,
Мы простим и забудем
И все это возвращается ко мне
Когда видишь меня такой
И когда я вижу тебя таким
Тогда мы видим то, что хотим видеть
Все возвращается ко мне
Плотские фантазии,
Все возвращается ко мне
Я просто вспоминаю, но все это возвращается ко мне сейчас.



And when you kiss me like this
When you hold me like that
And if I touch you like this
And if we...



(Все это возвращается ко мне сейчас)
И когда ты так меня целуешь
(Все это возвращается ко мне сейчас)
И когда я так к тебе прикасаюсь
(Все это возвращается ко мне сейчас)
И если ты сделаешь так (Все это возвращается ко мне сейчас)
И если мы…



Такое вот великолепие - сегодня.
Неожиданное , да?
Сама не ожидала от себя такой ... прыти (с)
 Великолепные, щемящие  поэтические строки ...
Песня-баллада. Любимая. 
Очень-очень грустная - в исполнении любимой певицы.
К теме - живопись Американского художника-иллюстратора
Max Ginsburg / Макса Гинзбурга.

В общем-то, художник в основном иллюстрирует романы Американских писателей .
Названия их ( как - то : "Scarlett Lady"  by Marlene Suson,
"The Defiant one " by Danelle Harmon, "Gabriel's Bride" by   Samantha James  etc. etc. etc.  ) 
русскому читателю ничего не скажут, а здешний люд  любит такое почитывать, ну и - полюбоваться на великолепные иллюстрации, помещённые в книгах - дело  талантливых рук Мастера - Живописца Макса Гинзбурга /Max Ginsburg. 
 Пишут: с 60-х годов -  до 80-х пр. века - живопись М. Гинзбурга была весьма востребована, но на смену  кисти и мольберту пришла фотография и компьютерная графика.... 
Но тем не менее, созданные  художником романтические живописные сюжеты - остались навсегда в картинных галереях и до сих пор тревожат сердца и души созерцателей прекрасного.
 Разве не прекрасны эти полотна, проникнутые страстью и томленьем, пропитанные  невероятным эротизЬмом, наполненные дыханием любви?
Вот такие ... русско-американские страсти / мордасти
( в смысле: стихи - Русские, песня/живопись - Американские..)

Художник родился в 1931 г. во Франции, в Париже, в 1931 г. 
 В Манхэттене  - расположена его творческая студия.
Сам он живёт *улыбнулась* на Лонг Айленде, штат - Нью Йорк.

Вот и сказки конец - всему делу венец ...(с) 


М-да ... что-то я совсем загрустила ... 
Так больно. Почему-то вдруг ... 
Нервы - ни к чёрту ...(с)
Но в народе говорят: уходя-уходи ... не оглядывайся ...
Вот я и перевернула последнюю страницу увлекательного короткого  романа
- с красочными иллюстрациями  и - навсегда
*вздохнула*...- закрыла тему ... книгу ...


«When Max Ginsburg entered the art world in the 1960's, he was working in direct opposition to the period's minimalism and rejection of representational art.    Ginsburg's fine art reflected and represented his immediate environment: cart vendors, subway riders, street basketball and generally the people of New York, depicting them with unflinching clarity and dignity. He approached this subject sympathetically if unromantically, with his primary motivation being visual truth rather than idealization.

By 1980 the art world still continued to embrace modern “ism’s” such as, conceptual art.   As a result, Ginsburg turned towards commercial illustration to earn a better living.   He soon found the same empathy that so frankly depicted his fine art's populist realities could also very deftly fashion populist fantasies, his canvases of subway commuters gave way to images of headstrong women peering out onto wind swept prairies.

Ginsburg quickly discovered he had a propensity for the genre. His work went on to grace the covers of over 800 titles--far a field in their variety---ranging from John Knowles,” A Separate Peace”, to Pamela Pacotti's, “Winds of Desire”.   His romance illustrations appealed to readers' wishes for exploration or escape: his buxom women were determined and intoxicating, their men handsome and strapping, the settings vast and promising of adventure.   When working with revered authors like Mildred Taylor, his empathy and skill combined to produce tender depictions of friendship or family ties in the face of gross social injustice and random tragedy.


Sadly, the work's non-narrative qualities--the subtle tonal shifts, the exacting brushwork and the mastery of color--are, for the most part, lost when viewing reproductions, in which the publisher's premium on narrative and shelf impact is disappointedly apparent.   In person, the work's technical finesse is seductive.   Ginsburg delineates form with a few well placed strokes of color, a technique that, while hard to master, yields delightfully suggestive results.



Ginsburg's artistic skill placed him in high demand, thus he enjoyed a successful twenty-four year career in illustration, only retiring from the field in 2004 to concentrate again on his fine art. 
  His list of achievements in the field is impressive: Gold Medals from the Society of Illustrators, the Romance Writers of America "Art Emis " Award, the highly acclaimed “Christopher Award”, the Art Directors Club “Merit Award”, The Society Of Newspaper Design’s “New York Times Cover Award” and a one man retrospective at the Franklin Mint.


( Self-portrait. original ) 

   Clients included the New York Times, New York Magazine, Fortune Magazine, Avon, Penguin Putnam, Harlequin, Bantam, Dell, Crown, Pocket Books, Berkley, Leisure, Dial, Puffin and Warner Publications.   In addition, Ginsburg is featured in Walt Reed's preeminent reference volume,  “The Illustrator in America”.  His work can be found in the permanent collections of the New Britain Museum in Connecticut and the Society of Illustrators.

Max Ginsburg lives on Manhattan’s Upper West Side and works at his studio in Long Island City in New York City.»




я  мотылёк
ты  мотылёк
а между нами
огонёк

и чем мы ближе
и родней
тем он светлее
и теплей

и чем мы ближе
и родней
тем горячей он
и больней

но мы
летим на свет
летим
как будто мы
сгореть хотим

но мы
летим
летим на свет

летим на боль
летим
на смерть

но мы
летим
летим
в огонь

чтоб
стать
ничем

чтоб
стать

собой


( А. К. )


0 comments: